Красноярский край: лучше, чем у других

14 ноября 2016

Красноярский край: лучше, чем у других

Наталья Кобец
Эксперт-Сибирь

Подтолкнуть экономику края может активная, но непопулярная бюджетная политика

Чем дальше крымские события, тем больше у жителей Красноярского края ожиданий экономического расцвета. Правда, его признаки принято видеть в увеличении социальных расходов: многие годы регион-локомотив последовательно наращивал вливания в эту сферу, выстроив довольно приличную систему социальных гарантий. В более благополучные времена руководству края хватало денег и на перспективные инвестпроекты, и на социалку, сейчас власть вынуж­дена выбирать между развитием и затыканием текущих дыр. На фоне этой типичной для регионов России ситуации Красноярский край, несмотря ни на какие трудности, выглядит довольно благополучно.

Нефть как новая идея

Обратимся к цифрам. По итогам 2015 года в крае снизился индекс промышленного производства, он составил 98,9% (годом раньше предприятия региона дали прирост — 101,9%), и тем не менее, обогнал среднероссийский показатель — 96,6%. Снижение объемов производства вызвано сугубо технологическими причинами: «Норильский никель» завершает программу модернизации производства, выводя устаревшие мощности. В целом же основные отрасли экономики края дают позитивную картину: показатели в русле общероссийских, но, как правило, чуть-чуть лучше. Так, обрабатывающие производства — 97,9% (Россия — 94,6%), энергетика 103,3% (Россия — 98,4%), добывающий сектор 99,6% (Россия — 100,3%). В деньгах же объем отгруженной продукции вырос на 18% и составил без каких-то копеек полтора триллиона руб­лей.

Понятно, что такой прирост стоимости — это прежде всего следствие очередного снижения курса руб­ля. Однако в краевом отчете указан и второй фактор: денежные доходы повысились в результате роста цен на внутреннем рынке на добываемую в регионе нефть.

Оно свершилось! Красноярский край вошел в список нефтедобывающих регионов, о чем мечтал еще в далеком теперь 2005 году первый губернатор объединенного региона Александр Хлопонин. И не просто вошел, а в Сибирском федеральном округе является лидером добычи, потеснив традиционно мощный в этом отношении Томск. В 2015 году красноярские нефтяники накачали 22,2 миллиона тонн нефти и газового конденсата, сохранив уровень добычи прошлого года. В структуре доходов края нефтяная промышленность занимает третью позицию по объему налоговых поступлений.

Следует отметить важный фактор: «Ванкорнефть» — дочерняя структура «Роснефти», которая и занимается освоением Ванкорского месторождения, с 1 января 2015 года вышла из консолидированной группы налогоплательщиков и зарегистрировалась в Красноярском крае. До этого структуры нацио­нальной нефтяной компании, ведущие деятельность в регионе, платили основную часть налогов в Москву.

Эксперты единодушны: перерегистрация «Ванкора» — это чисто политическое решение, не имеющее ни малейшего отношения к операционной эффективности компании. Просто краевым властям удалось договориться о сотрудничестве. Пройдет ли такой фокус с «ВСНК» — другой дочкой «Роснефти», которая разрабатывает Юрубчено-Тохомское месторождение, непонятно. Хотя, конечно же, очень хочется.

Краю в принципе везет на широкие жесты крупных компаний и их владельцев, еще не забыт красноярцами поступок, когда, продавая часть своих активов, Михаил Прохоров зарегистрировался в поселке Еруда — чтобы уплатить НДФЛ как частное лицо в бюджет региона. Это действительно дало краю «запас плавучести» после кризиса 2008 года.

Крупная промышленность в авангарде

В общем, основные надежды на благополучие края по-прежнему связаны с крупной промышленностью и увеличением выпуска продукции высоких переделов. Продолжается модернизация Ачинского НПЗ, в результате чего вырастет глубина переработки нефтепродуктов и прекратится выпуск мазута, «Норникель» закрывает старые производства, переоснащая Талнахскую горно-обогатительную фабрику, «Русская платина» осваивает Черногорское месторождение. Модернизирует производство и «Полюс Золото», компания намерена еще увеличить процент извлекаемого из руды золота. Постепенно наращивает мощности Богучанский алюминиевый завод, вышел на проектную мощность Приангарский ЛПК. В Железногорске завершено строительство первой очереди Промпарка, Горно-химический комбинат запустил производство МОКС-топлива, позволяющее «закольцевать» цикл использования ОЯТ. Новый заказ получил «Красмаш», производящий ракеты. Детали заказа, разумеется, не раскрываются, но на ближайшие 25–30 лет предприятие работой обеспечено. До конца года в строй должен войти нефтепровод «Куюмба–Тайшет», который соединит эвенкийские месторождения с магистральным нефтепроводом. Последнее «приобретение» — проект Алюминиевой долины, соглашение о создании которой было подписано на международном экономическом форуме в Санкт-Петербурге.

Суть проекта долины в том, чтобы запустить на территории края цепочку глубокой переработки алюминия, тем более что основной производитель сплавов и слитков (КРАЗ) находится в регионе, и здесь у него уже сформирован пул основных потребителей — предприятия по производству колесных дисков, алюминиевых профилей, оконной фурнитуры и прочего. В том числе в рамках программы импортозамещения: сейчас цепочка производства товаров из алюминия такова, что металл, отлитый на КРАЗе, уходит на экспорт и возвращается в страну в виде продукции глубокой переработки — от сковородок до блистеров для лекарств. Объем экспорта на КРАЗе составляет 75%, и только четверть металла остается в стране.

— В ближайшие годы мы планируем увеличить продажи металла внутри страны до 75%, — говорит управляющий директор Красноярского алюминиевого завода Евгений Курьянов. — Уверены, что создание таких площадок, как Алюминиевая долина, будет этому способствовать. С начала 2016 года отечественные компании КраМЗ, «Реалит» и «Мастер» участвуют в проекте разработки «теплых» алюминиевых окон для использования в строительстве жилья. Их продажа намечена уже на конец текущего года. Увеличение доли алюминиевых конструкций на рынке окон также в дальнейшем приведет к привлечению дополнительных инвестиций для локализации производства некоторых компонентов алюминиевых оконных блоков, которые сейчас ввозятся из-за границы. В строительной сфере мы видим перспективы и за счет введения стандартов использования алюминиевых проводов для внутренней проводки зданий. Кроме того, в России впервые будут произведены вагоны-хопперы из алюминиевых сплавов. Они были разработаны компанией «РМ-Рейл» совместно с «РУСАЛом» и Alcoa, и предназначены для перевозки сыпучих грузов. Испытание одного из двух опытных образцов уже было проведено в Красноярском крае. Производитель — компания «РМ Рейл» — в следующем году ожидает увидеть алюминиевые хопперы в действии на железной дороге, уже заключен первый заказ с грузоперевозчиками.

Долине потребуются современные технологии переработки, инновационное оборудование и инвестиции. Технологическая база для их разработки и внедрения есть, потенциальные инвесторы тоже — проектом заинтересовались китайские партнеры «РУСАЛа». Дело за малым — убедить активных граждан, что развитие промышленного производства принесет им дивиденды в будущем. Задача непростая, если вспомнить судьбу других перспективных проектов, связанных с созданием производственных кластеров: в Красноярске сложная экологическая ситуация, в которой принято винить крупные производства. Краевые власти и профессио­нальные экологи только-только начали выстраивать конструктивное взаимодействие, чтобы выяснить, какие же факторы на самом деле влияют на качество окружающей среды и как можно нивелировать их негативное влияние. Пока же экология — это в большей степени рычаг политической борьбы, а не забота о здоровье. В общественном сознании парадигмы «работающее производство — зло для города» и «остановленное производство — зло для города» существуют отдельно друг от друга.

Жировая прослойка тонка

В таких непростых условиях проблема формирования краевого бюджета интересует каждую кухарку. Минимальный (за последние несколько лет) дефицит бюджета оценивается как «хорошо», возросший госдолг — как «ужасно». Экономисты-профессионалы рассматривают ситуацию иначе, однако единого мнения о стратегии формирования бюджета нет. Депутат Законодательного собрания Красноярского края, заместитель председателя бюджетного комитета Егор Васильев отмечает, что бюджет 2017 года — впервые с прихода в губернаторы края Виктора Толоконского — не несет в себе роста доходов.

— В предыдущие годы мы неуклонно прирастали до 20 миллиардов в год, — говорит Васильев. — Конечно, это отчасти была реализация политических решений, таких как выход «Ванкора» из консолидированной группы налогоплательщиков. Но были и экономические последствия, например, падение курса руб­ля: основные налогоплательщики края — это экспортеры. Сейчас такого прироста доходов от экспорта нет — мы находимся на этапе получения эффекта от ранее реализованных инвестпроектов: это в первую очередь, Богучанский кластер: ГЭС, алюминиевый завод… Мы бы могли получать больше, если бы не освободили эти компании от налога на имущество на первые несколько лет, но это было сделано в обмен на определенные социальные мероприятия со стороны этих компаний. Сейчас мы на пороге реализации проекта нефтепровода по Эвенкии, он сдается в эксплуатацию совсем скоро, это многомиллиардное имущество, которое будет генерировать налоги. Но сейчас мы не увеличиваем налоговую базу, а только поддерживаем за счет принятых ранее решений, и ключевой вопрос бюджета — принимаем ли мы сейчас такие решения, который бы в дальнейшем давали прирост налоговой базы? Потому что ни от федерации, ни от внешнеэкономических условий ничего хорошего ждать не приходится.

Главная тема дискуссии вокруг бюджета — сокращать ли дефицит, пытаясь «жить по средствам», или, напротив, активнее использовать государственные займы для реализации инвестпроектов — это, в первую очередь, Универсиада-2019 и Алюминиевая долина. Васильев уверен, что у края велик запас прочности, поэтому надо вкладываться в развитие, а не в сокращение.

— Мы имеем слишком много факторов неопределенности, — говорит он, — это и на внешних рынках, и в политической обстановке, и в решениях федерального центра. Например, Москва сейчас пересмотрела законодательство и забрала у нас один процент норматива налога на прибыль. Это четыре миллиарда руб­лей в год! И где гарантия, что в дальнейшем не будут пересматриваться другие налоги?

Дружеские связи

Пока идет дискуссия о развитии и допустимых объемах заимствования, краевые власти активно стимулируют внутренний спрос, налаживая контакты между предприятиями внутри региона. Для этого были придуманы «Дни крупных компаний» — что-то вроде дня открытых дверей или «ярмарки вакансий» для малого и среднего бизнеса. «РУСАЛ», «Ванкорнефть», КРАСЭКО, «Красцветмет», РЖД, МРСК Сибири и другие заказчики основного объема товаров и услуг в течение года встречаются с представителями мелких компаний и отвечают на их вопросы. Главное, что интересует малый бизнес, — как войти в пул поставщиков? Львиная доля закупок проходит через тендерные процедуры, и небольшие компании с трудом проходят этот фильтр.

— Существует закон, который определяет порядок проведения закупок, и мы обязаны его соблюдать, — рассказывает заместитель директора по закупкам КРАСЭКО Евгений Михнев. — В рамках дней открытых дверей мы объясняем предпринимателям, в какой продукции нуждается компания, как мы работаем с графиком закупок, какие требования предъявляем. Малые предприятия часто не имеют в штате специалистов по закупкам, по подготовке документации, по отслеживанию торгов. Поэтому мы, главным образом, рассказываем им, какие существуют площадки, на каких работает наша компания. Есть система электронных торгов, есть площадки, где нужен «членский взнос» в несколько сотен тысяч руб­лей, и конечно, малые предприятия не могут себе это позволить, а есть бесплатные ресурсы, на которых мы тоже присутствуем. Сейчас у нас примерно половина закупок — у местных предприятий по широкому спектру товарно-материальных ценностей, от спецодежды до запчастей.

Обеспечить преимущество местным компаниям закон не позволяет, поэтому широкое информирование поставщиков и консультации с ними — единственный способ легально помочь красноярскому бизнесу.

— Для формирования пула подрядчиков мы предварительно оповещаем прак­тически всех потенциальных подрядчиков и говорим им в открытую: «Есть публичная площадка, где мы будем проводить торги на необходимые нам услуги», — говорит директор Красноярского филиала «Ростелекома» Владимир Кубарев. — Услуги разные — это и строительство сетей, и инсталляционные работы, и т.д. Таким образом мы показываем свою открытость для местного рынка. Если эти компании могут работать в интересах филиала, готовы ли они нарабатывать определенные компетенции в своей деятельности и быть успешными на рынке, у них больше шансов стать нашими и благодаря такой работе имеем огромное количество примеров, где нашими подрядчиками становятся местные компании в абсолютно разных сферах деятельности филиала — от строительных работ до транспортировки грузов. Сейчас мы близки к золотой середине: когда для нас приоритетным является не только цена (что требует от нас законодательство), но и качество производимых работ. На некоторые конкурсы к нам приходят по два десятка компаний. Конкуренция среди подрядчиков очень серьезная.

Отдельные надежды возлагаются на Агентство поддержки малого и среднего предпринимательства, этой организации делегированы полномочия по обучению предпринимателей и лоббированию успешных проектов, в первую очередь экспортно ориентированных. Набор помощи понятный — консультирование, участие в выставках, помощь в налаживании связей с крупными предприятиями, займы и поручительства: бановские кредиты стали одинаково дороги для всех, но у небольших компаний шанс получить даже дорогой кредит значительно меньше.

Конечно, агентство не в состоянии помочь всем, да и цели раздавать поддержку направо и налево у него нет: задача — выявить перспективные бизнесы, интересные ниши и помочь предприятию преодолеть первые годы жизненного пути.

— Конечно, у нас больше возможностей продвигать малые предприятия, в том числе и административными методами, но предприниматели должны понимать, что агентство — это не палочка-выручалочка, и что им самим придется прилагать много усилий для достижения своих целей, — объясняет глава структуры Зоя Благих.

Пока говорить о существенном росте доли малых и средних предприятий в структуре регио­нального бизнеса рано (сейчас это порядка 20 процентов), в краевом правительстве рассчитывают, что предпринимательскую активность подстегнет Универсиада: далеко не все нужды, связанные с обеспечением такого мероприятия, может закрыть крупный бизнес. Но очевидно, что сами чиновники за предпринимателями бегать не будут: если ты бизнесмен, будь добр, докажи это, проявив инициативу. Думается, это минимальный из всех возможных фильтров на пути к успеху.

 


Похожие статьи: