Российский МСБ: стратегии и реальность

13 декабря 2016

Российский МСБ: стратегии и реальность

Игорь Степанов
Эксперт-Сибирь

Современная история отечественного малого и среднего бизнеса берет свой отсчет с 19 ноября 1986 года — даты принятия закона «Об индивидуальной трудовой деятельности», и уже пора бы пожинать плоды экономического роста за счет этого сегмента бизнеса. Так что сегодня, когда закон этот разменял четвертый десяток лет, впору оглянуться на пройденный путь и подвести итоги трех десятилетий предпринимательства

Началом повышенного интереса государства российского к своему малому бизнесу можно считать середину «лихих девяностых» годов прошлого века — именно тогда был принят закон 88-ФЗ «О государственной поддержке малого предпринимательства в Российской Федерации», который указал практически все и ныне актуальные направления развития отечественного малого бизнеса — от льготного кредитования до участия в госзаказе и внешнеэкономической деятельности. К этому времени молодой российский бизнес уже пользовался вниманием зарож­дающейся банковской системы, хотя, по воспоминаниям директора Сибирской регио­нальной дирекции банка «Открытие» Андрея Смирнова, спрос и предложение банковских продуктов были достаточно ограничены и фокусировались главным образом на расчетно-кассовом обслуживании и кредитовании. А директор управления продаж малому бизнесу Сибирского банка ПАО Сбербанк Натальи Левченко ведет отчет работы банка с сегментом малого бизнеса с 1998 года банк, когда началось кредитование заемщиков сегмента «Малый и микробизнес» по отдельной программе. «На этот сегмент изначально закладывался высокий потенциал в развитии сотрудничества между клиентом и банком», — утверждает банкир.

Бизнес, удостоенный отдельного закона, вполне мог претендовать на растущую долю внимания в будущем. Однако в «Стратегии-2010», одном из первых документов, претендующих на определение вектора долгосрочного развития, проблемы малого предпринимательства практически растворились в общегосударственных целях и задачах.

«Стратегия-2010» содержала ряд упоминаний о необходимости формирования благоприятных конкурентных условий и инфраструктуры для деятельности малых предприятий, однако через весь документ красной нитью проходит их второстепенность на фоне приоритетов более масштабного бизнеса. Следующим этапом на пути становления российского бизнеса стало принятие в июле 2007 года закона 209-ФЗ «О развитии малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации» — именно он определил «портрет» современного предпринимательства, введя понятия микро-, малый и средний бизнес, породившие аббревиатуры «МСБ» и «МСП».

И вновь ноябрь — опять ноябрь, воистину эпохальный месяц! — 2008 года. Очередной документ, утвержденный Владимиром Путиным в должности председателя Правительства — «Основные направления деятельности Правительства РФ на период до 2012 года» — пожалуй, впервые содержал не только общие фразы о необходимости формирования среды, благоприятной для предпринимательской деятельности, но и прогнозные цифры в виде отправных и целевых показателей. Для малого и среднего бизнеса констатировалась достигнутая к этому времени доля продукции МСБ в российском ВВП — 21%, и предписывалось ее увеличение в течение трех лет на восемь процентов — до 29% в 2012 году. Если бы эти темпы удалось выдержать в ту пору, и сохранить в дальнейшем, сегодня доля МСБ в ВВП России приближалась бы к сорока процентам, выводя страну на мировой уровень по этому показателю, но увы…

 

Топтание на старте

Впрочем, на горизонте уже маячил 2010 год, знаменующий подведение итогов первой государственной Стратегии. За прошедшее десятилетие российский малый бизнес смог показать заметный количественный рост. В первую очередь это коснулось численности компаний малого бизнеса — без малого с 880 тысяч малых предприятий в 2000 году практически до трех миллионов на начало 2010 года. Правда, за это время несколько изменилась понятийная основа — если в двухтысячном году в учет брались именно малые предприятия, то через десять лет статистика стала учитывать не только малые, но и средние предприятия. На демографические показатели это не оказало существенного влияния, поскольку число микро- и малых предприятий в сотни раз превышало количество своих «средних» собратьев. Зато такая «пересегментация» вполне могла оказать влияние на объемные показатели оборота МСБ — они, по данным Росстата, за десять лет более, чем утроилась в сегменте собственно «малых» предприятий (с 613,7 млрд руб­лей в 2000 году до 18 933,8 млрд руб­лей в 2010 году), при этом добавка среднего бизнеса составила еще 7 416,2 млрд руб­лей.

Естественным завершением десятилетних экономических процессов стала интегральная оценка исполнения «Стратегии-2010» величиной 39%. В части же малого и среднего предпринимательства результаты исполнения «Стратегии» скорее можно воспринимать, как создание базовой основы для дальнейшего развития — по оценке «Эксперт РА», данной в 2010 году, российский МСБ по-прежнему генерировал лишь 15–20% ВВП. К началу второго десятилетия двухтысячных была создана законодательная и налоговая база, сформирована инфраструктура государственной поддержки, банковская система убедилась в способности малого и среднего предпринимательства переживать кризисные периоды. «Мы увидели, что этот сегмент обладает рядом отличий от других бизнес-сегментов и требует отдельного внимания», — говорит руководитель корпоративного филиала ВТБ в Новосибирске Вячеслав Брюханов. По его мнению, опыт прошлых лет показал, что средние компании в силу их мобильности и гибкости могут быстро занимать востребованные рыночные ниши, формировать новые точки экономического роста.

Несмотря на заявленные меры содействия, бизнес не переставал формулировать свои нерешенные проблемы — в том же 2010 году в результате массового опроса руководителей малых предприятий выявились основные препятствия роста. В их числе, наряду с «неопределенностью экономической ситуации», что неудивительно для посткризисного периода, названы «высокий уровень налогообложения» и «недостаток финансовых средств» — несмотря на то, что решение, как той, так и другой проблемы, было предписано в предшествующих «Стратегии» и «Направлениях».

 

Вторая попытка роста

Продолжением усилий экономического строительства стала «Стратегия-2020», позволявшая рассчитывать на полноценное извлечение уроков из недовыполненной предыдущей стратегии. Впервые на столь высоком уровне высказано сомнение в перспективности направлений поддержки малого и среднего бизнеса в виде устранения локальных барьеров и создания для системы льгот и преференций — ресурс таких преобразований, по мнению авторов, ограничен и в ближайшем будущем будет исчерпан. А усилия государства по развитию МСБ должны быть направлены на его интеграцию в экономику, кластеры, в международную кооперацию. Вячеслав Брюханов со своей стороны выступает сторонником комплексного подхода, разумно сочетающего преимущества обоих направлений развития бизнеса.

Наиболее «стратегическое» предложение состояло в изменении схемы налоговых поступлений от применения отдельных специальных налоговых режимов, используемых компаниями МСБ. Предлагалось изменить распределение по отдельным налогам в пользу бюджетов муниципальных образований, что должно было подвигнуть органы местного самоуправления на усиленное содействие развитию малого и среднего бизнеса в границах своих территорий. Надо заметить, что подобное предложение — оставить в распоряжении муниципалитетов территориальный налог на прибыли малого бизнеса — звучало и в Стратегии-2010.

Пусть не на федеральном, то на региональном уровне такие возможности есть. Этим, в частности, воспользовались в ноябре 2012 года томские законодатели, установив нормативы отчислений от налога, взимаемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения (УСН) в бюджеты муниципальных районов и городских округов в размере 30 процентов, что привело к почти пятнадцатипроцентному наполнению местных бюджетов налогами МСП. При этом ряд налоговых ставок для плательщиков УСН являются самыми низкими в СФО — а сама область десять раз признавалась победителем федерального смотра-конкурса «Лучший регион в области развития малого и среднего предпринимательства».

Уполномоченный по защите прав предпринимателей Новосибирской области Виктор Вязовых обращает внимание на ряд до сих пор не решенных проблем предпринимателей — анализ обращений в аппарат Уполномоченного показывает, что сегодня бизнес чаще всего сталкивается с проблемами имущественного характера. Это, по словам бизнес-омбудсмена, чаще всего взаимоотношения с муниципалитетами, далеко не все из которых исполняют свою законодательно закрепленную обязанность по поддержке предпринимательства, а иногда и наоборот — видят в бизнесменах чуть ли не врагов.

 

Монетизация поддержки

Поступательное развитие российского малого и среднего бизнеса в течение сроков действия как «Стратегии-2010», так и ее преемницы — «Стратегии-2020» продолжалось вне зависимости от степени исполнения эти документов, и движущей силой этого выступали прямые распоряжения президента и распоряжения Правительства РФ, зачастую не совпадающие с путями, указными в стратегических документах. Яркое тому подтверждение — создание Федеральной корпорации МСП. Этот орган призван содействовать развитию предпринимательства путем финансирования отдельных проектов российских бизнесменов через аккредитованные банки и на сегодняшний день является одним из наиболее удачных решений в части господдержки — несмотря на то, что именно такие методы аккуратно критиковались авторами «Стратегии-2010». В том же ключе действуют и много численные регио­нальные фонды поддержки малого бизнеса, облегчая предпринимателям доступ к финансовым ресурсам — как путем прямого кредитования, так и предоставлением гарантий перед кредитными организациями. Вносят свой вклад в поддержку отечественного предпринимательства и органы федеральной власти — так, Минэкономразвития (МЭР) РФ сообщило «Эксперт-Сибирь», что в 2015 году регионам РФ, расположенным в Сибирском федеральном округе, выделено более 2,5 млрд рублей для финансирования господдержки малого и среднего предпринимательства. А в 2016 году, по информации МЭР РФ, объем финансирования Программы государственной поддержки малого и среднего предпринимательства составляет 11,1 млрд руб­лей, в том числе в СФО — 1,637 млрд руб­лей.

Да и регионы принимают и исполняют собственные программы развития МСП — так, в Томской области действует государственная программа «Развитие предпринимательства в Томской области», а в соседнем регионе вскоре можно будет подводить итоги программы «Развитие субъектов малого и среднего предпринимательства в Новосибирской области на 2012–2016 годы».

Часть регионов, не довольствуясь федеральными программами развития бизнеса, принимают и исполняют собственные — так, в Томской области действует государственная программа «Развитие предпринимательства в Томской области», а в соседнем регионе вскоре можно будет подводить итоги программы «Развитие субъектов малого и среднего предпринимательства в Новосибирской области на 2012–2016 годы».

Однако вице-президент Союза «Центрально-Сибирская торгово-промышленная палата», почетный сотрудник антимонопольных органов России Евгений Лужбин считает, что реализация всех «стратегий» на всех уровнях была незначительной, поскольку все они носили рамочный и не конкретизированный характер. Об этом, по его мнению, свидетельствует поступательное снижение количества малых и средних предприятий, отмечаемое руководителями федеральных органов власти, на протяжении времени реализации «стратегий» — поэтому говорить о том, что получен серьезный эффект, не приходится. А Вячеслав Брюханов видит, что кризисные явления 2008 года, ввод санкций, валютные колебания — все это напрямую сказалось на самочувствии предпринимательства, но как только конкурентоспособность нашей экономики повышается, возобновляется и активность малого и среднего бизнеса. При этом банкир признает — до сих пор рост МСБ сдерживает монополизация отдельных отраслей экономики, концентрация крупных игроков рынка.

 

Амбиции-2030

Нестыковки между поставленными целями и нерешенными задачами стратегических документов привели к необходимости создания очередной «Стратегии», призванной разумно совместить теоретические устремления и реальную практику, и добиться-таки роста от уровня конца первого десятилетия (20% доли МСБ в российском ВВП), который, по мнению Евгения Лужбина, крайне мал.

 По крайней мере, так можно трактовать появление «Стратегии развития малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации на период до 2030 года» («Стратегия МСП»), утвержденной в июне 2016 года. Предполагается, что реализация этой Стратегии к 2030 году позволит увеличить долю МСП в ВВП в два раза (с 20 до 40%, при этом ежегодный прирост указанной доли должен составлять один процент и более), оборот малых и средних предприятий — в 2,5 раза, долю количества занятых сфере МСП — до 35% общей численности занятого населения.

Увеличение доли МСБ в ВВП страны в два раза — с сегодняшних 20% до 40% — амбициозная задача, считает Андрей Смирнов. «Но в России малое предпринимательство имеет очень высокий потенциал роста: креативный класс среднего возраста и тем более новое поколение настроены на деловую активность, готовы и способны реализовывать интересные бизнес-идеи. Поэтому при наличии политической воли, выверенной «дорожной карты» и скоординированных действиях федеральных и регио­нальных властей цель абсолютно достижима», уверен банкир.

 «Стратегия МСП», по мнению заместителя министра экономического развития РФ Олега Фомичева, — первый за последнее время консолидирующий документ, где системно изложена вся конструкция поддержки МСП. Впрочем, заявленные в ней амбициозные цели — пресловутый ежегодный прирост указанной доли МСБ в ВВП на уровне одного процента и более — вскоре смогут пройти проверку суровой реальностью, до первой годовщины работы «Стратегии МСП» осталось чуть более полугода. При этом Виктор Вязовых считает особо важным, чтобы в процессе практической реализации мероприятий Стратегии поставленные цели не нивелировались вновь вводимыми очень затратными для малого бизнеса обязанностями (такими, как, к примеру, система «Платон»), не увеличивались штрафы, а главное — стабилизовались правила ведения бизнеса.

Шансы «Стратегии МСП» претвориться в реальную жизнь повышаются по мере поддержки ее регионами — так, Департамент промышленности и развития предпринимательства Томской области сообщил «Эксперту-Сибирь» о разработке «дорожной карты» по реализации федеральной стратегии на территории Томской области с ожидаемым утверждением в декабре 2016 года.

Шансы «Стратегии МСП» претвориться в реальную жизнь повышаются по мере поддержки ее регионами — так, разработана «дорожная карта» по реализации федеральной стратегии на территории Томской области с ожидаемым утверждением в декабре 2016 года.

Недавно Олег Фомичев дал понять — в 2017 году Стратегия МСП может быть и пересмотрена — по словам замминистра, в связи планируемым принятие общей Стратегии социально экономического развития до 2035 года. Так или иначе, но будущий год внесет ясность в реальность очередных поставленных целей и путей их достижения на непростой ниве российского малого и среднего бизнеса.

 


Похожие статьи: