«Умный город»: в поисках стимула

26 марта 2018

«Умный город»: в поисках стимула

Игорь Степанов
Эксперт-Сибирь

Прошло уже пять с половиной лет со времени проведения в Новосибирске Международного инновационного форума Interra-2012, в рамках которого состоялась сессия «Умный город и умное управление». За прошедшее время — а это срок советской «пятилетки» — стоило ожидать не только появления технологий нового качества, ориентированных на создание комфортабельной городской среды, но и их реального внедрения в повседневный городской быт. Почему же так бурно обсуждаемые не первый год технологии и планы по их внедрению до сих пор не встретятся с реальностью?

На волне громких и весьма регулярных обсуждений концепции «Умного города» и презентуемых разработчиками решений в этой связи вполне обоснованными выглядят ожидания перемен, доступных «на ощупь» каждому горожанину — например, в виде оптимизированного и урегулированного движения общественного и личного транспорта, оперативной и достоверной информации обо всех факторах городской жизни, максимально быстрого и качественного получения государственных и муниципальных услуг, и т.д.

Возможно, что такие перемены, будучи внедряемы эволюционно и равномерно, не всегда остаются замеченными самими горожанами — а то, что есть сейчас, воспринимается как естественная данность. В этом случае может быть полезен взгляд со стороны — например, экспертная оценка Нацио­нального исследовательского института технологий и связи, предлагающего для определения «умности» того или иного города 26 индикаторов, сгруппированных в семь направлений — «умное управление», «умные технологии», «умная инфраструктура», «умная экономика», «умные финансы», «умные жители», «умная среда». На основе такого подхода создан Отчет о результатах исследовательской работы «Индикаторы умных городов НИИТС 2017», авторы которого проранжировали 16 российских городов, из них три — Омск, Новосибирск и Красноярск — находятся в Сибирском федеральном округе. При этом Красноярск оказался пятым, Новосибирск — шестым, а Омск — четырнадцатым в списке исследуемых городов-миллионников. Впереди всех предсказуемо оказались обе столицы, а сибиряков опередили еще и Казань с Екатеринбургом. Справедливости ради стоит отметить, что интегральные оценки Красноярска и Новосибирска почти совпадают и не столь значительно отличаются от Екатеринбурга, сколь вся троица — от ближайшей Казани.

Возможно, это неплохой результат для ревностно следящих друг за другом Новосибирска и Красноярска. Тем более что по одному из направлений — «умная среда» — им удалось занять первое (Новосибирск с максимально возможным показателем 1,0 балл) и второе (Красноярск — 0,69 балла) места. Правда, критерии «умной среды», принятые экспертами НИИТС, сложно признать истиной в конечной инстанции — это «уровень активности жителей и администрации города в ликвидации незаконных свалок» и «уровень развития систем мониторинга и предупреждения угроз экологической безопасности». И первый критерий, в отличие от второго, больше отражает не технологические достижения, а уровень социальной активности общества.

Тем не менее, такие итоги могли бы дать повод для некоторой гордости — если бы не упомянутое ранее желание иметь «Умный город» не в цифрах, а в ощущениях.

 

Понять свои желания

В общем понимании «Умный город» — это городская среда с обратной связью, в которой обеспечен максимально полный, оперативный и достоверный сбор информации обо всех факторах, так или иначе влияющих на жизнь горожан. И речь идет не только о многофункцио­нальной системе электронных датчиков, но и о технологиях, позволяющих учитывать оценку горожанами тех или иных процессов проживания и жизнедеятельности. На основе этой информации формируются — как автоматически, так и административно — управляющие воздействия, результат которых отражает все та же система сбора информации, замыкая, таким образом, организационно-технологическую обратную связь «Умного города».

Член-корреспондент РАН, профессор, доктор физико-математических наук, директор Института вычислительной математики и математической геофизики Сибирского отделения Российской академии наук (ИВМиМГ СО РАН)

Сергей Кабанихин считает, что «Умный город» — это цифровая математическая модель, наглядно отображающая состояние города — его рельефа, экологии, транспорта, общества — а происходящие в нем процессы всегда взаимосвязаны между собой. «Информация о городе систематически собирается, анализируется, отправляется в качестве входных данных и параметров в такую цифровую модель, которая реализуется на компьютере — суперкомпьютере — и позволяет в реальном времени наблюдать всю совокупность происходящих процессов, строить важные прогнозы, выявлять возможность катаклизма», — поясняет ученый свое видение функционирования «Умного города».

Фундаментальным принципом «Умного города» является использование и внед­рений информационных технологий в городскую среду, считает заместитель директора Новосибирского филиала ФГУП «НТЦ «Атлас», руководитель комитета по информатизации НОО «ОПОРА РОССИИ» Евгений Попантонопуло. При этом подобный подход должен затрагивать различные уровни управления городом — это и управление городскими службами, ЖКХ, транспортом, предоставление муниципальных услуг, а также обеспечение возможности оперативного и стратегического управления.

«По сути, «Умный город» — это большое количество датчиков, сенсоров, систем управления, аналитических систем, которые управляются из единого центра», — говорит эксперт в области информатизации, подчеркивая — все эти механизмы внедряются для повышения общего уровня комфортного проживания горожан.

«Город становится «умным» только тогда, когда реализуется принцип переиспользования ресурсов. В первую очередь речь идет об использовании данных и инфраструктуры одних городских сфер для решения задач других сфер», — добавляет заведующий кафедрой smart-city СибГУТИ, член правления Ассоциации «НППА» Дмитрий Гоков, приводя пример: информация с дорожных видеокамер применяется не только для выявления нарушителей ПДД, но и, скажем, для контроля уборки снега на улицах или контроля за городским транспортом. «Если такого переиспользования нет, «умными» становятся лишь отдельные стороны городской жизни — транспорт, освещение, сбор мусора — но вот отношения к «Умному городу» как таковому эти вещи не имеют», — убеж­ден завкафедрой университета телекоммуникаций и информатики.

Еще один важный принцип — кросс­платформенность, дополняет Дмитрий Гоков. Проще говоря, это означает, что в «Умном городе», как в конструкторе LEGO, все должно стыковаться со всем, каждая система должна без проблем обмениваться информацией с любой другой системой. А для этого нужна единая технологическая платформа, единые стандарты и протоколы передачи данных.

При всем сказанном, главной целью реализации концепции «Умного города» является улучшение условий жизни населения — об этом в теории вам расскажет любой чиновник. Характерно, что говоря об удовлетворении нужд горожан в интеллектуальной модернизации городской инфраструктуры, все новосибирские эксперты делают преимущественный акцент на внедрение информационных и коммуникационных технологий. Хотя меньше, чем два года назад начальник департамента промышленности, инноваций и предпринимательства мэрии Новосибирска Александр Люлько обозначил в рамках программы «Новосибирск — умный город» развитие более широкой номенклатуры — дорожного строительства, транспорта, экологии, доступной среды, smart-технологий в ЖКХ, энергетики и энергоэффективности. Таким образом, даже на понятийном уровне явно заметен разрыв между позициями академической и прикладной науки с одной стороны и муниципальной практики — с другой. При этом практически на каждом мероприятии, посвященном технологиям «Умного города», постулируется необходимость взаимосвязи науки, технологии и практики. Однако пока действительность не показывает их объединения в виде непротиворечивой, и главное — работающей концепции.

Это отчасти подтверждает и Сергей Кабанихин — по его мнению, препятствия для внедрения технологий «Умного города» видятся в еще не проработанной позиции властей и отношении части научного сообщества, не готового и не ориентированного на решение актуальных прикладных задач. «В любом случае, научные учреж­дения должны быть основными экспертами проектов и проводить квалифицированную оценку на всех этапах реализации задач, в том числе, при эксплуатации готовых решений», — уверен член-корреспондент РАН.

 

Уже не утопия, еще не реальность

Тем не менее, внедрение технологий, отнесенных к «Умному городу» по классификации муниципалитета, постепенно продвигается. Более того, если раньше можно было говорить о том, что реализуемые проекты переходят из года в год без существенной динамики их количества и качества, то сейчас появляются признаки некоторой диверсификации направлений развития. Как минимум, это можно наблюдать в поисках и отработке новых технологий — и не только прикладного характера, но и системного внедрения апробированных «пилотов».

Александр Люлько, говоря о проектах, принимаемых и принятых в Новосибирске к реализации, упоминает о технологиях доступной среды для людей с ограниченными возможностями, геолокаторах для неразрушающего подземного конт­роля, «умных остановках», гибридных троллейбусах.

«Мы родоначальники темы гибрида троллейбуса с автобусом — троллейбус на литиевых батареях», — рассказывает начальник департамента мэрии Новосибирска, объясняя далее преимущества нового вида транспорта: для электромобилей и электробусов требуется большая сеть зарядных станций, а местное решение — подзарядка от контактной сети. По словам Александра Люлько, троллейбусы приобрели уже в Питере, Крыму — и даже Аргентина закупила несколько штук. «При этом вся электронная начинка наша, новосибирская — батареи «Лиотеха», электроника — компаний «Ирбис» и «Арстерм».

Еще несколько проектов, реализуемых новосибирским муниципалитетом в рамках программы «Умный город», относятся к сфере экологии. Это, в частности, использование вторичных ресурсов — того, что сегодня считается отходами производства и бытовым мусором. Так, сегодня прорабатывается предложение СГУПСа по использованию в качестве добавок при изготовлении дорожного покрытия продуктов переработки пластика — в том числе пластиковых бутылок. Это же сырье готова использовать и компания «Сибирский синтепон» в качестве основы для своей продукции — сегодня волокно переработанных пластиковых бутылок предприятие закупает в Китае и Южной Корее.

«Да, ряд сервисов, которые являются частью «Умного города», уже реализованы», — соглашается Евгений Попантонопуло. К ним руководитель комитета по информатизации НОО «ОПОРА РОССИИ» относит, в частности, портал «Мой Новосибирск», позволяющий горожанам получать информацию об объектах городской инфраструктуры, состоянии систем жизнеобеспечения города, а также сообщать о проблемах в городском хозяйстве.

И, судя по информации экспертов, в 2018 году Новосибирск ожидает новая волна проектов, дополняющих технологии «Умного города» и находящихся сегодня на разных стадиях внедрения. По информации Александра Люлько, это, например, геоинформационная система поиска захоронений «Ритуал» — очень актуальный проект для городов с миллионным населением, облегчающая горожанам определение и достойное содержание мест захоронений своих родственников.

Не исключено, что в текущем году произойдут подвижки и в давно ожидаемом направлении — автоматизированном регулировании транспортных потоков. «По этому поводу к нам обратилась с интересным вариантом московская компания, предложившая организовать интеллектуальное регулирование транспортных потоков на проблемном дорожном участке», — рассказывает Александр Люлько, слегка приоткрывая детали предложения: компания готова за свой счет установить комплекс датчиков и обеспечить управление движением, которое должно «развязать» локальные транспортные проблемы. Если эксперимент будет признан успешным, то можно на­деяться на его внедрение в городском масштабе — тем более что предлагаемая технология хорошо ложится в действующую федеральную программу «Безопасные и качественные дороги» и есть возможность использования не только муниципального, но и федерального бюджета, подчеркивает начальник департамента мэрии Новосибирска.

Еще один шанс «поумнеть» для Новосибирска предвидит Евгений Попантонопуло. По его словам, в ближайшее время получит широкое развитие сеть беспроводной связи для интернета вещей, которая позволит массово внедрять новые технологии в городскую среду. Данный проект выполняется компаниями «Энфорта» и «Новотелеком», которые вошли в состав Эр-Телеком Холдинга, и предполагает в ближайшие два года строительство и запуск федеральной сети интернета вещей на базе технологии LoRaWAN.

«Базовые станции сети будут построены в 60 городах России, в том числе и в Новосибирске», — делится знанием заместитель директора Новосибирского филиала ФГУП «НТЦ «Атлас». И объясняет: данная технология может применяться для автоматизации и мониторинга опасных производств, предприятий по добыче природных ресурсов, в сфере ЖКХ, для сбора данных и контроля с датчиков и сенсоров в рамках «Умного города» или «Умного дома». При этом в городе технология может использоваться не только для автоматизации сбора показателей счетчиков, но и для контроля парковочного пространства, управления уличным освещением, учет работы городского транспорта и уборочный техники и т.д.

«Да, такие технологии активно развиваются, в частности, специализированные сети передачи данных для IoT уже достаточно широко развернуты во многих странах Европы, и одним из перспективных стандартов является LoRaWAN», — подтверждает Дмитрий Гоков.

Тем не менее, Сергей Кабанихин оценивает состояние технологий «Умный город», как начальную стадию. «Но с высокой концентрацией научно-инновационного потенциала на базе новосибирского Академгородка, р. п. Краснообск и наукограда Кольцово и научно-ориентированной позиции врио губернатора НСО, при правильно организованной работе в нашем городе и области можно выйти на качественно новый уровень и стать примером как для других российских городов, так и для заграничных мегаполисов», — на­деется ученый.

 

Горе от ума

«Конечно некоторые сервисы и автоматизация, в первую очередь в сфере социального характера, активно развиваются как на регио­нальном, так и на федеральном уровне», — соглашается Сергей Новиков, долгое время занимавшийся развитием концепции «Умного города» на регио­нальном уровне в качестве чиновника. Однако, по его мнению, ключевая причина того, что российским городам, несмотря на постоянное усовершенствование и рост массы smart-технологий, в большинстве своем мало удается движение в сторону их реализации, заключается, как ни банально, в отсутствии должной скоординированности действий.

«Все дело в том, что в комплексе все эти разработки никто не пытается в достаточной мере объединить. Отсутствует пласт, который должен лежать в самой основе понятия «Умный город» — это взаимообмен, максимальное использование источников информации для автоматического распределения и принятия решений», — констатирует эксперт.

Возвращаясь к ранее упомянутой Interra-2012, стоит вспомнить, что уже тогда последним из вопросов повестки «Умного города» — после развития технологий и коммуникаций — значилось «стратегическое партнерство власти, бизнеса и гражданского общества на базе укрепления общегородских интересов». Прошедшие годы показали, что именно этот вопрос, от которого напрямую зависит внедрение в реальную жизнь наработанных технологий, стоит выводить на первый план для того, чтобы «Умный город» не остался лишь на «умных» бумагах и в «пилотных» проектах, а стал обретать реальность на городских магистралях, кварталах и домах.

На всех прошедших и, похоже, на предстоящих в 2018 году мероприятиях, посвященных «Умному городу», нет недостатка в проектах самого различного уровня, обещающих уже в скором времени заметный рост качества жизни горожан за счет внедрения прогрессивных городских технологий. Однако действительность по-прежнему отстает от желаемого, спотыкаясь на слове «внедрение».

Пожалуй, самым удачным примером реализации технологии «Умного города» — и не только в Новосибирске, а по всей стране — стоит признать масштабную систему фотофиксации нарушений ПДД с последующим информированием водителей о наступлении неминуемой ответственности. Этот пример заставляет задуматься — какие же механизмы способствовали практически безукоризненному запуску достаточно сложной системы и почему они не срабатывают в других направлениях?

На поверхности лежат как минимум два ответа — система фотофиксации нарушений ПДД была не регио­нальным, а федеральным проектом, и она уже на старте обещала существенный экономический эффект за счет резкого увеличения собираемости штрафов. Александр Люлько добавляет к этому и очевидную антикоррупционую составляющую, которая привела к перенаправлению потоков денежных средств из личных бюджетов сотрудников ГИБДД в регио­нальные бюджеты. Таким образом, реально действующими стимулами стали сочетание административного ресурса и экономической заинтересованности (в данном случае — государственной).

Оценки экспертов НИИТС подтверждают, что спрос на услуги и технологии в сфере smart city на 82% диктуются госсектором. При этом 90% рынка «умных городов» России приходится на безопасность и транспорт, оставшиеся проценты делят энергоэффективные платформы и «умные» решения для промышленного сектора.

Влияние же бизнеса на рост «Умного города» по-прежнему остается минимальным, констатируют эксперты НИИТС. Впрочем, отмечая, что госсектор от хаотичного подхода начинает переходить к системному.

По мнению Дмитрия Гокова, сегодня эффективному внедрению технологий «Умный город» препятствует неготовность власти возглавить этот процесс и начать консолидировать разрозненные попытки. Однако эксперт обращает внимание и на экономическую составляющую — как любой проект, «Умный город» должен быть экономически обоснован. «Для запуска этого проекта обязательно нужны инвестиции, и на стартовом этапе они потребуются со стороны власти. Их цель — построение объединяющей инфраструктуры, интеграция разнородных данных, создание единых технологических протоколов и т.п. Выработка подобных универсальных стандартов позволит сделать последующие инвестиции в проект со стороны бизнеса более осмысленными, эффективными, способными реализовать ключевой принцип переиспользования данных и инфраструктуры», — уверен Гоков.

«Никакая технология не сможет внедриться, если не будет поддержана бизнесом и горожанами», — считает Александр Люлько, добавляя, что нужно придумать специальный механизм по внедрению тех или иных технологий, чтобы показать не только, как все будет хорошо, но и дать понять бизнесу, где и в чем может быть его выгода. По его словам, сегодня в Новосибирске предлагается проектное управление внедрением технологий, так как проекты «Умного города» не могут подвигаться одним департаментом — в них задействовано слишком много интересов.

«Надо создавать специальный механизм — финансовый, экономический, организационный, информационный — а это своего рода искусство», — рассуждает начальник городского департамента, признавая, что у нас в стране всегда было много светлых голов, которые хорошо придумывают — а с внедрением проблемы. Мало изобрести хорошую «умную» технологию — надо придумать не менее «умную» финансово-экономическую схему ее внедрения».

Выводить на главной: 

Похожие статьи: