Одни выиграют, другие проиграют

29 мая 2018

Одни выиграют, другие проиграют

Николай Самсонов
Игорь Степанов

Важнейший фактор для развития средних предприятий в Сибири — создание благоприятных условий для расширения отраслевой конкуренции. Проактивные частные компании примут вызов и в конце концов выиграют, пассивные — воспримут в штыки и проиграют

В начале апреля состоялось заседание Государственного совета по вопросу развития конкуренции, на котором были обозначены важные аспекты содействия экономическому росту, улучшению делового климата, технологического обновления и развития среднего и малого бизнеса. И хотя такие или аналогичные заседания и встречи на уровне высших рангов власти и бизнеса проводятся относительно регулярно, а именно несколько раз в год, ситуация в сфере частного бизнеса и конкуренции далеко не самая лучшая. Причем не столько между частными компаниями, сколько с государственными или окологосударственными предприятиями. Тем более в тех негативных условиях, которые сейчас сформировались под действием внешних и внутренних вызовов для экономики страны в целом и ее сибирских регионов в отдельности.

Таблица:

Рейтинг 100 самых динамичных компаний среднего бизнеса Сибири (без торговых компаний) по данным их среднегодового темпа прироста выручки в 2013–2016 гг.

 

Давление квазиконкуренции

В различных отраслях экономики Сибири, как и в других макрорегионах, государственно-монополистические тенденции не только прекрасно сохранились, но и значительно усилились. Примечательно, что это открыто озвучивается специальным ведомством, задача которого, в общем-то, и состоит в том, чтобы пресекать усиление влияния монополий, картелей и синдикатов, — Федеральной антимонопольной службой. Для этого достаточно отследить доклады и выступления ее руководителя или его заместителей. Так, во многих потенциально конкурентных сферах в сибирских регионах частный бизнес отсутствует или недостаточен, а работающие в них (в этих сферах) государственные и муниципальные унитарные предприятия буквально намеренно препятствуют развитию конкуренции. Это наблюдается там, где исторически велико значение государственных структур: жилищно-коммунальный комплекс, дорожное хозяйство и благоустройство городов, социальное обслуживание, городской транспорт, образование, здравоохранение, культура.

Стоит задуматься и над следующими цифрами: число ГУПов и МУПов планомерно увеличивается. Так, на начало 2013 года по всей стране насчитывалось 11 252 предприятия таких форм собственности, а на 2018 год — 18 624. Рост в течение всего лишь пяти лет — 65%! При этом 30% таких унитарных предприятий умудряются действовать в конкурентной сфере аренды и услуг, в которых должны работать исключительно частные компании.

Более того, можно сказать, и в федеральном правительстве согласны с тем, что значение государственных компаний или компаний с его участием в экономике практически доминирующее. В про­шлом году, по оценкам экспертов, на которых ссылается Министерство экономического развития и торговли, доля государства выросла и вплотную приблизилась к отметке в 50%. Вместе с тем, можно найти и другие оценки — от 35% до 70%. Государственные предприятия и так или иначе аффилированные с ними компании занимают те рыночные ниши, которые мог бы и должен бы охватывать средний и малый бизнес. В результате одни квазиконкурентные компании вытесняют другие с перспективных, стабильных и крупных рынков. Средним и малым предприятиям не дают пробиться на них, в том числе из-за отсутствия действенных мотивирующих институцио­нальных возможностей, приводящих к нежеланию муниципальных и регио­нальных властей сразу или постепенно разрушить свои монополизированные рынки (через продажу излишней и, как правило, неэффективной собственности).

Те отрасли и рынки, которые могли бы быть конкурентными, подвергаются картелизации со всеми вытекающими для экономики и общества негативными последствиями. В бесконечном потоке применяемых при торгах и конкурсах нерыночных методов и инструментов исчезает мотивация и инициатива к открытию и ведению частного бизнеса, снижается предпринимательская активность, становится бессмысленной конкурентная борьба. Бизнес априори уверен, а зачастую это так и есть, что для него создан «стеклянный потолок» роста, поскольку практически нет шансов выиграть тот или иной контракт и стать поставщиком услуг или продукции для крупного государственного заказчика. С учетом ограниченности доступа частного бизнеса к недорогим заемным средствам увеличение его присутствия в традиционно монопольных секторах экономики под вопросом. В этой связи, кроме реляций о необходимости развития конкуренции со стороны государственного регулирования предлагается ввести показатели минимального участия частного бизнеса в отдельных секторах экономик регионов (см. Таблицу 2).

Целевые показатели участия малого и среднего частного бизнеса в секторах региональных экономик

 

Динамика в рейтинге

Для оценки динамики развития конкуренции на уровне средних компаний журнал «Эксперт-Сибирь» подготовил рейтинг наиболее динамичных компаний сибирского региона. В методологическом плане рейтинг выстроен следующим образом. Во-первых, отобраны компании, соответствующие главному выборочному условию — выручка в 2016 году не менее 500 млн руб­лей, но не более 9 млрд руб­лей. Расширение такого интервала в отличие от нормативного (от 800 млн руб­лей до 2 млрд руб­лей) является методологическим допущением. Но вместе с тем это позволило на четырехлетнем временном промежутке выполняемых расчетов охватить более широкий круг компаний, изменяющих свою динамику развития.

В результате компаний среднего бизнеса в генеральной совокупности (информационной базой выступила система «СПАРК-Интерфакс») оказалось 2 800 единиц. Далее выполнено селектирование выборки с целью устранения исключительно торговых организаций (основной вид их деятельности — торговля розничная или оптовая в различных видах, учитываемых в ОКВЭД), а также компаний, предоставляющих исключительно финансовые услуги (агентские, брокерские, страховые и пр.). Удалены фирмы, имеющие данные финансовой отчетности только за один или два периода. Это позволило не принимать в расчет вновь созданные компании (в том числе фирмы-однодневки) или компании, в течение всего одного года принявшие на себя объемы выручки, соответствующие границам среднего бизнеса. Удалялись компании, имеющие пробелы (не предоставлявшие по тем или иным причинам данные), что не позволило бы релевантно сделать расчеты среднегодового темпа прироста выручки за трехлетний период времени.

Основной параметр, по которому проводилось ранжирование итоговой выборки, — среднегодовой темп прироста выручки (Compound Annual Growth Rate, CAGR) за три периода: 2016 года к 2015 году, 2015-го к 2014-му и 2014-го к 2013 году. Среднегодовой темп прироста рассчитывается по формуле: CAGR= , где Vn — объем выручки в 2016 году, V0 — объем выручки в 2013 году, n — количество периодов (лет). Итоговый рейтинг представляет собой основную таблицу, включающую в себя как 100 наиболее динамичных компаний среднего бизнеса Сибири по среднегодовому темпу прироста выручки (в Таблице 1 его нижнее значение составляет 51,3%), так и дополнительный рейтинг из 200 компаний (верхняя граница прироста выручки — 51,22%, а нижняя — 21,84%). Таким образом, в рейтинг включены компании, доходы от реализации которых были значительно выше инфляции и роста цен на промежуточное сырье и материалы и выше роста отпускных цен на собственную продукцию.

 

От угля до обоев

Среди динамичных компаний среднего бизнеса доля сырьевых компаний (добыча и обогащение угля, добыча россыпного золота) относительно небольшая — 6,7%, аналогичная доля у сектора инжиниринговых услуг, промышленного сервиса и выполнения геологоразведочных работ. Компаний агропромышленного и перерабатывающего агросырье пищевого комплекса — только 16,7%. На долю машиностроения приходится 11%, на лесную промышленность — 9,7%, на транспортные и логистические компании — 9,3%, на химическую и нефтехимическую промышленность — 5%. Самая большая группа по численности — строительство (19%).

Лидер рейтинга по динамике развития, угледобывающий комплекс компании «Межегейуголь», принадлежащий «ЕВРАЗу», разрабатывает крупное месторождение коксующегося угля Межегейское в центральной части Республики Тыва. «Межегейуголь» — один из самых современных в стране угледобывающих комплексов, на котором используются новейшая техника и технологии добычи. После подготовки месторождения к эксплуатации в 2016 году шахта начала промышленную добычу угля, объем составил более 560 тысяч тонн. Тем не менее, «Межегейуголь» — это, скорее, временный участник рейтинга динамичных средних компаний, по мере наращивания добычи угля он перейдет в разряд крупных компаний Сибири с годовыми оборотами выше 10–15 млрд руб­лей.

В этом смысле интересно описать тенденции и факторы развития некоторых участников рейтинга, которые являются стабильными компаниями в рамках параметров среднего бизнеса. Так, Алтайский шинный комбинат, который сейчас называется компанией «Нортек», имеет годовой оборот свыше 3,4 млрд руб­лей и среднегодовой темп прироста выручки в 168%. В 2017 году завод произвел 1,88 млн шин и запустил в серийное производство 30 новых моделей шин. Доля алтайской продукции на внутреннем рынке по основным группам шинной продукции составляет 18,3% (при этом доли по сельскохозяйственным и индустриальным шинам — лидирующие на российском рынке). За год шинный комбинат увеличил клиентскую базу на 15 позиций, включая компании из Ирана и Польши. В России и на рынках стран Евразийского экономического сотрудничества алтайские шины поставляются на комплектацию на Петербургский тракторный завод, Минский тракторный завод, «Ростсельмаш» и на совместное российско-американское предприятие RM-Terex.

Деревообрабатывающее предприятие «Ангара Плюс», расположенное в городе Братске Иркутской области, работает на рынке производства пиломатериалов и погонажных изделий 15 лет. В 2009 и в 2014 годах мощности завода расширены, запущено современное технологическое оборудование пиления и цеховой переработки, позволяющее выдерживать высокие стандарты качества продукции; на новый уровень поставлена система продаж не только в рамках Сибирского региона, но и страны.

Новосибирская производственная компания «Феррум» (среднегодовой темп прироста — 83,2%) начинала бизнес в сфере торговли металлопрокатом и относилась к крупным компаниям в этом секторе. С 2011 года предприятие сменило стратегию развития и внедрило собственное производство изделий из металлопроката (штрипс, лента, кладочная сетка, лист горячекатанный и холоднокатаный из рулонной стали). Для нового направления компания реконструировала цеха общей площадью свыше 15 тыс. квадратных метров. Сегодня компания «Феррум» имеет в своем составе сравнительно небольшой современный производственный комплекс с железнодорожным тупиком, собственным автопарком техники, крановым хозяйством. Постепенно предприятие расширило мощности и сейчас производит перспективные позиции — облегченный холоднокатанный стальной уголок и швеллер, круглые и профильные трубы электро­сварные. С прошлого года изготавливается тяжелая арматурная сетка и стальная полоса, а благодаря введению трубосварочного агрегата ТЭСА10–40 компания выпускает тонкостенные холоднокатанные трубы, которые являются эксклюзивным продуктом для региона.

Предприятие «Элизиум» (Бердск, Новосибирская область) запустило собственное производство обоев в 2006 году, позже обновленное современным технологическим оборудованием, к настоящему времени приобрело ранг активно развивающейся компании среднего бизнеса. На фабрике освоены технологии и налажен выпуск обоев шириной 0,53 и 1,06 метра в категориях шелкографии, горячего теснения, ингибирования, трафаретной печати. Это позволяет компании иметь в товарной линейке более 1 тыс. артикулов обоев под марками Elysium, Melody, Sonet.

 

Конкуренция как игра «Орел или решка»

Таким образом, факторы динамичного роста для компаний среднего бизнеса и расширения конкуренции для них можно выделить в семь групп.

Первая связана с ростом объемов производства продукции (услуг), с расширением рынков сбыта, в том числе экспортных и регио­нальных, с получением длительных контрактов.

Вторая — расширение, модернизация и реновация производственных мощностей.

Третья — ввод новых производственных объектов в эксплуатацию (например, новые угольные месторождения, участки россыпной добычи золота и т.д.) или новых номенклатурных позиций в производство (например, модели шин или электросварные трубы и пр.).

Четвертая — увеличение численности рабочих мест благодаря расширению мощностей.

Пятая — рост производительности труда в связи с автоматизацией производства, внедрением современного оборудования и техники.

Шестая — использование финансовых возможностей и инструментов, предлагаемых финансовыми организациями для компаний среднего бизнеса. Так, Минэкономразвития определило список банков — участников программы льготного кредитования малых и средних предпринимателей под 6,5%, а также денежные лимиты по программе. Кредиты будут выдаваться на проекты в приоритетных отраслях, в том числе в сельском хозяйстве, обрабатывающих производствах, строительстве, транспорте и связи, туристской деятельности, здравоохранении и утилизации отходов, а также в сфере общественного питания и бытовых услуг.

Седьмая — внедрение современных и инновационных организационных, функцио­нальных и иных типов управления бизнесом.

В заключение остается сказать, что важнейшим фактором для развития средних предприятий в Сибири останется расширение отраслевой конкуренции и создание благоприятных условий для этого.

UGSIBIRI.COM

В то же время Индекс Russia Small Business Index (RSBI), оценивающий деловую активность в сегменте малого и среднего бизнеса, получаемый еже­квартально «Опорой России» и Промсвязьбанком, демонстрирует позитивные тенденции в своей компоненте, посвященной исключительно среднему бизнесу. С конца 2014 по конец 2017 года динамика компонент индекса, описывающих поведение малого и микробизнеса, в целом совпадала — то один, то другой из этих бизнес-сегментов вырывался вперед, хотя малый бизнес в среднем опережал своего микрособрата. При этом средний бизнес уверенно доминировал прак­тически на всем трехлетнем интервале, а по итогам IV квартала 2017 года средний и малый бизнес, в отличие от микробизнеса, смогли удержаться в зоне роста деловой активности, но ее подъем замедлился.

Однако надо отдать должное — последние значения индекса RSBI показали стремление малого бизнеса «догнать и перегнать» средний — разрыв между ними значительно уменьшился. Такая тенденция в некоторой степени может быть объяснена и трендами финансовых рынков — в исследовании по итогам IV квартала 2017 года констатируется — банки по-прежнему меньше отказывают в выдаче кредита малому и среднему бизнесу, причем процент отказов здесь снижется (38% в малом, 28% в среднем). Микробизнесу получить заемные средства сложнее: процент отказов на уровне 50%.

Еще одно отличие, объединяющее малый и средний бизнес и отдаляющее их от микробизнеса — в прозрачности деловых взаимоотношений. Как указано в комментариях к динамике индекса RSBI, наибольшая доля «серых схем» обнаруживается в микробизнесе (26%) и сфере услуг (26%). При этом 33% компаний считает, что «серые схемы» оказывают существенное негативное влияние на конкуренцию в их сферах деятельности. Говоря об изменении ситуации за последний год, 69% считает, что она существенно не поменялась, 20% отмечают заметное «обеление» бизнеса, оставшиеся 11% фиксируют тенденции по росту ухода компаний в «серые схемы».

Авторы Индекса дополнительно отмечают, что в разрезе отраслей сильно упал индекс в производстве — что, по их мнению, свидетельствует о снижении деловой активности в этом сегменте и соответствует ситуации в целом по российской промышленности. При этом в торговле деловая активность стагнирует, в сфере услуг — показывает небольшой рост.

Позитивную динамику в сфере услуг отмечает и другой индикатор — Индекс IHS Markit PMI. Это, пожалуй, самые «свежие» исследования рынка — вывод о значительном расширении деловой активности в российской сфере услуг с ускорением темпов после восьмимесячного минимума, а также констатация ускорения темпов роста новых заказов сделаны на основе данных опроса респондентов, представляющих свыше 300 российских компаний в период с 12 по 26 апреля 2018 года.

Интересно, что позитивные тенденции замечены не только в итогах, но и в деловых ожиданиях компаний сферы услуг — они повысились в апреле относительно роста деловой активности в ближайшем году. Степень оптимизма выросла с марта и была одной из максимальных за последние шесть лет. Эта информация позволяет надеться на сохраннее позитивных тенденций — по крайней мере, в ближайшем будущем.

А вот результаты анализа производственного сектора — в частности, обрабатывающей промышленности — у создателей индекса PMI расходятся с выводами российских коллег. По мнению экспертов IHS Markit, результаты апрельского исследования 2018 года свидетельствуют об умеренном, но более быстром расширении производства в российских обрабатывающих отраслях. При этом общий рост был поддержан ускорением роста объемов производства и новых заказов, причем первые достигли трехмесячного максимума. «Вслед за усилением спроса уровень занятости вырос впервые в этом году», — утверждают зарубежные исследователи российской экономики, подчеркивая и рост степени оптимизма относительно роста объемов производства в ближайшем году.

RSBI по размерам бизнеса

 

Выводить на главной: 

Похожие статьи: