Бизнес — это для неспокойных

27 февраля 2020

Бизнес — это для неспокойных

Букатин Виталий

 

Справка:  Петр Смиренко, 47 лет. Предпринимательский стаж — с 1997 года. Основатель и директор сети многопрофильных клиник «Смитра». В 2017 году признан Новосибирским экспертным сообществом «Человеком года» в сфере медицинского бизнеса.

             

— Петр, ваш предпринимательский стаж уже больше 20 лет. Вы начали бизнес, когда страна только перестраивалась на рыночные рельсы. Почему вдруг вас, выпускника «бауманки», инженера, занесло в предприниматели? В какой-то день проснулись и поняли: я предприниматель?

— Да не было такого, конечно, чтобы проснулся и понял: я предприниматель. Когда я закончил университет в 1994 году, то промышленность на тот момент в России тоже закончилась. В 1993 году я проходил производственную практику на одном предприятии, а в 1994 году оно закрылось. И это было фактически последнее предприятие электротехнической промышленности, которое на тот момент было в стране. Это была какая-то попытка — больше наобум, как ночью по тайге, на ощупь.

 

— И все же, что стало мотивом начать бизнес? 

— Мотивом стало, наверное, вот что. На последних курсах университета я уже работал в компании, которая помимо компьютеров продавала еще стоматологические материалы. Я посмотрел, сколько они стоят, посмотрел, сколько стоят стоматологические услуги, тогда, в 1994 году, в Москве. Это у меня в голове как-то осело, но еще не сложилось. Я общался со стоматологами, полностью овладел на тот момент знаниями о стоматологии. Это мне было легко, с одной стороны, как инженеру, потому что на самом деле стоматология — это очень технологичная сфера. И все материалы там — это нормальная металлообработка, материаловедение. Все это очень близко инженеру. На самом деле стоматология очень близка к ювелирному делу. Очень похожее оборудование, по сути своей. Я был очень хорошо знаком с врачом-стоматологом очень высокого уровня, совместно с ней мы открыли стоматологический кабинет. На тот момент у меня совершенно не было надежды, что это выльется во что-то продолжительное, на всю жизнь. Это был вариант «на попробовать» — и, может быть, это останется как какой-то дополнительный небольшой бизнес, а сам буду заниматься чем-нибудь еще. Ведь даже название нашей компании — «Смитра» — не имеет никакой связи ни с медициной вообще, ни со стоматологией в частности. Мы делали его универсальным, чтобы подходило под все виды возможной деятельности.

 

— Дело сразу заладилось?

— Ну конечно, нет. Во-первых, мы начали работать 12 мая 1998 года. А в августе мы получили «черный вторник». До него доллар был по 6 рублей, а потом стал 30 рублей. А все, что мы сделали, было рассчитано на импортные комплектующие. Только импортные материалы, только импортное оборудование. Ну вот как строить бизнес, когда себестоимость в одночасье увеличилась в шесть раз? При том что на рынке цена услуги не то что не увеличилась — наоборот, уменьшилась, поскольку покупательская способность снизилась. В первый год просто выживали: платил зарплату, платил аренду, платил накладные расходы, себе не оставлял ни копейки. Ни о каких прибылях там вообще не было речи, первые три года это были просто какие-то слезы. Благо, супруга моя Светлана тогда работала в другой сфере, она семью и содержала. И надо учесть, что для организации бизнеса я забрал все семейные деньги. 

 

— По вашему мнению, в предпринимательстве больше романтики или прагматизма? И в какой пропорции они должны быть «замешаны», чтобы начать свой бизнес? 

— Здесь на самом деле присутствует и то, и другое, но в несколько разных аспектах. Вообще, предприниматель, по сути самого понятия — это ориентация на что-то новое. То, что выстреливает, то, что дает какой-то взрывной эффект — это ведь зачастую идеи, которые возникли спонтанно, случайно. И, на мой взгляд, это скорее какое–то озарение и решимость. И добиться этого прагматичным путем очень сложно.

У меня, допустим, все построено на предчувствиях, на интуиции. Я никогда в жизни не делал бизнес-план. Вот у нас сейчас три отделения, и даже открывая их, я не делал такого расчета и бизнес-плана, которые позволяют рассчитать период окупаемости. Не делал отчеты — те, что положены по канонам менеджмента. 

Но без прагматизма, конечно, нельзя. На старте реализации идеи, когда взрыв эмоций и какая-то эйфория. На этом этапе, как правило, это маленькая компания и все такие заряженные, но, как только бизнес обрел очертания, нужно включать голову и должен проявляться прагматизм. И если сам не можешь, то нужен кто-то рядом, кто начнет считать все аккуратно. 

 

— Как бы вы оценили механизмы и инструменты поддержки предпринимателей, как они изменились в сравнении с периодом, когда вы только начинали свой бизнес, с тем, что есть сейчас? Есть ли какая-то положительная динамика, или предприниматель по-прежнему может рассчитывать только на себя?

— По большому счету, предприниматель должен рассчитывать только на себя. Это однозначно. В то время дикого капитализма среда, в которой мы жили, была сама по себе в принципе не очень структурирована. И, соответственно, с одной стороны, нет ограничений, но, с другой, нет и каких-то связей, которые могли бы помочь. В то время была проблема с доступностью финансирования. Сейчас очень серьезно продвинулись в этом вопросе. 

Вот, допустим, фонд микрофинансирования. Мы были первой компанией, кто получил в свое время кредит. Это было порядка 10 лет назад. Нам были необходимы деньги на обновление оборудования, уже тогда фонд предлагал очень хорошую процентную ставку, мы сработали прекрасно и очень оперативно. 

Кроме всего прочего, сейчас организовано много обучающих программ, проводится много каких-то семинаров и мероприятий для того, чтобы тем, кто хочет заниматься предпринимательством, дать необходимые базовые знания и навыки. Сейчас структура работы с компаниями малого бизнеса обрела и стройность, и четкость.

 

— Какая, по вашему мнению, есть веская причина начать свое дело?

— Причиной, конечно, является не столько романтическая составляющая, сколько чувство свободы. Это, наверное, важно. Мне кажется, если есть какое-то дело, в котором ты молодец, которое у тебя получается, в котором ты чувствуешь себя профессионалом и если у тебя есть видение своего продукта, то его точно нужно делать. А это чаще всего получается только в том случае, если ты самостоятельный предприниматель.

 

— К предпринимательству наверняка должна быть какая-то предрасположенность? Какие качества нужны, чтобы стать предпринимателем?

— Здесь вот какая штука: ведь что такое предпринимательство? С одной стороны, ты можешь полностью определять свой график. А с другой стороны, ты совершенно точно не можешь определять свой график, если где-то что-то вдруг случается, какая-то внезапная проблема. Ты бросаешь текущие дела и едешь решать эту проблему. То есть, предпринимательство — не для спокойных людей. Спокойным людям будет тяжело, потому что вызовы, которые постоянно случаются, черные и белые лебеди, которые постоянно кружат вокруг бизнеса, точно могут ввести в депрессию человека, привыкшего работать спокойно и размеренно. Но, с другой стороны, есть огромное количество людей, которым по-другому жить скучно — и тогда они идут в предпринимательство. Придумывают что-то свое, что-то такое, что дает им ощущение свободы, хотя при этом ты все двадцать четыре часа на работе.

 

— Предприниматель сегодня — это по-прежнему сапер, который движется по минному полю и может взорваться в любой момент, в любой точке? Либо все-таки это сапер, у которого больше инструментов, чтобы эти мины обойти? Насколько движение по этому минному полю стало более прогнозируемым?

— Я могу сказать одно: проблема возникает тогда, когда тебе внезапно это поле меняют. Каждый раз возникает непредсказуемое расположение мин. К сожалению, у нас в стране такое происходит частенько. Когда правила игры меняются резко — это очень плохо. И такие риски у предпринимателя остаются до сих пор. А еще есть такие мины, на которых подрываешься всегда, о них хорошо известно, но обойти их невозможно. К примеру, в нашей, медицинской, сфере предпринимателям очень сильно мешают стандарты, которые установлены давно, но они совершенно не соответствуют современным реалиям организации медицинских услуг. Однако проверяющие органы работают именно по этим стандартам. Мы вынуждены тратить миллионы, чтобы не попасть на штрафные санкции, которые не только финансово затратны, но, главное, угрожают потерей лицензии. Данная ситуация наносит очень большой вред развитию рынка медицинских услуг. 

 

— У вас есть какое-то жизненное и предпринимательское кредо?

— Знаете, у моей супруги есть очень правильная фраза: из любой ситуации всегда можно найти выход. У любой проблемы есть решение. Обо всем можно договориться, любую цель можно достичь не сегодня, так завтра — вот этими правилами мы и руководствуемся в нашем бизнесе.

 

— Петр, в чем вы измеряете успешность бизнеса? Какие у вас критерии успеха компании? 

— Деньги — важный момент, но мне не это приносит удовольствие. Удовлетворение приносит хорошая репутация моей компании. Приятно слышать положительные отзывы о нашем центре, когда говорят: да, мы пользовались вашими услугами и нам у вас нравится. Это для меня главный успех моего бизнеса. Это самая большая награда.

/интервью подготовлено при поддержке  АНО "Центр содействия развитию предпринимательства Новосибирской области"/  

 

 

 

 

Выводить на главной: 

Похожие статьи: